Четверг, 04.03.2021, 17:06
Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

УРОКИ ЛИТЕРАТУРЫ

***
Категории раздела
ЗАЧЕМ ЧИТАТЬ? [3]
ИНТЕРЕСНОЕ О ЛИТЕРАТУРЕ [13]
Вход на сайт
Поиск
Друзья сайта
  • Центр дистанционного образования для детей-инвалидов
  • Алтайский краевой педагогический лицей
  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Акмеизм

    Акмеизм

    Акмеизм (от греч. akme — высшая степень чего-либо, расцвет, зрелость, вершина, остриё) — одно из модернистских течений в русской поэзии 1910-х годов, сформировавшееся как реакция на крайности символизма. Акмеисты объединились в группу "Цех поэтов", в 1912—1913 гг. издавали журнал "Гиперборей". Главные идеи акмеизма были изложены в программных статьях Н. Гумилева «Наследие символизма и акмеизм» и С. Городецкого «Некоторые течения в современной русской поэзии», опубликованных в 1913 году в №1 журнала "Аполлон" (литературном органе группы в период ее расцвета), издававшемся под редакцией С. Маковского.

    Основные принципы акмеизма:

    • освобождение поэзии от символистских призывов к идеальному, возвращение ей ясности;
    • отказ от мистической туманности, принятие земного мира в его многообразии, зримой конкретности, звучности, красочности;
    • стремление придать слову определённое, точное значение;
    • предметность и чёткость образов, отточенность деталей;
    • обращение к человеку, к "подлинности" его чувств;
    • поэтизация мира первозданных эмоций, первобытно-биологического природного начала;
    • перекличка с минувшими литературными эпохами, широчайшие эстетические ассоциации, "тоска по мировой культуре"

     

    Сергей Городецкий

                     ***

    Налегла и дышать не даёт
    Эта злобная, тёмная ночь.
    Мне её ни с земли, ни с высот
    Не согнать, не стащить, не сволочь.

    Есть для глаз пара медных грошей,
    Лихо пляшет по телу озноб.
    Мчится в крыльях летучих мышей
    Мимо окон измёрзнувший гроб.

    Золотой чешуёю звеня
    И шипя издыхающим ртом,
    Гаснет в мокрой печи головня,
    Холод барином входит в мой дом.

    Не стянуть отсыревших сапог
    И пальтишком костей не согреть.
    Но весны нарастающий рог
    Мне трубит, что нельзя умереть.

    1919

     

     


    Николай Гумилёв

     

                         СонетNgumil.jpg

    Я, верно, болен: на сердце туман,
    Мне скучно всё – и люди, и рассказы,
    Мне снятся королевские алмазы
    И весь в крови широкий ятаган.

    Мне чудится (и это не обман),
    Мой предок был татарин косоглазый,
    Свирепый гунн... Я веяньем заразы,
    Через века дошедшей, обуян.

    Молчу, томлюсь, и отступают стены:
    Вот океан, весь в клочьях белой пены.
    Закатным солнцем залитый гранит

    И город с голубыми куполами.
    С цветущими жасминными садами,
    Мы дрались там... Ах, да! Я был убит.

    1912

     

     


    Владимир Нарбут

     

                 ВстречаVladimir Narbut (1888–1938).jpg

    Тебя забыл я... И какою
    Ты предо мной тогда прошла,
    Когда к вечернему покою
    Сходила мгла на купола?..

    В равнинном устье бесконечно
    Текли позорные года.
    Я думал: уж тебя, конечно,
    Не повстречаю – никогда...

    Но как обманут был нежданно:
    Стекло зеркал ночных следя,
    Заметил профиль сребротканый
    И лилию – хрустальней льда!

    И вот – ты предо мной в тумане
    Стоишь такой, как в первый раз:
    Со взором, никнущим в обмане
    Янтарно-чёрных скорбных глаз...

    1909

     

     


    Анна Ахматова

     

    A. Gorenko.jpg                     ***

    Сжала руки под тёмной вуалью...
    "Отчего ты сегодня бледна?"
    – Оттого, что я терпкой печалью
    Напоила его допьяна.

    Как забуду? Он вышел, шатаясь,
    Искривился мучительно рот...
    Я сбежала, перил не касаясь,
    Я бежала за ним до ворот.

    Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
    Всё, что было. Уйдёшь, я умру".
    Улыбнулся спокойно и жутко
    И сказал мне: "Не стой на ветру".

    8 января 1911

     

     

     


    Осип Мандельштам

     

                    ***Mandelstam.jpg

    На бледно-голубой эмали,
    Какая мыслима в апреле,
    Берёзы ветви поднимали
    И незаметно вечерели.

    Узор отточенный и мелкий,
    Застыла тоненькая сетка,
    Как на фарфоровой тарелке
    Рисунок, вычерченный метко, –

    Когда его художник милый
    Выводит на стеклянной тверди,
    В сознании минутной силы,
    В забвении печальной смерти.

    1909

     

     

     


    Михаил Зенкевич

    Михаил Александрович Зенкевич.jpg              Ноябрьский день

    Чад в мозгу, и в лёгких никотин —
    В туман пополз... О, как тяжёл ты
    После льдистых дождевых крестин,
    День визгливый под пелёнкой жёлтой!

    Узкий выход к белому удушью, —
    Все сирены плачут, и гудки
    С воем одевают взморье тушью,
    И трясут дома ломовики.

    И бесстыдней скрытые от взоров
    Нечистоты дня в подземный мрак
    Пожирает чавкающий боров
    Сточных очистительных клоак.

    И в тревоге вновь душа томится,
    Чтоб себя пред тьмой не обмануть:
    Золота промытого крупица
    Не искупит всю дневную муть.

    1912

     


    Георгий Адамович

                           ***Adamovich georgy.jpg

    Вот всё, что помню: мосты и камни,
    Улыбка наглая у фонаря...
    И здесь забитые кем-то ставни.
    Дожди, безмолвие и заря.

    Брожу... Что будет со мной, не знаю,
    Но мысли, – но мысли только одни.
    Кукушка, грустно на ветке качаясь,
    Считает гостю редкому дни.

    И дни бессчётны. Пятнадцать, сорок.
    Иль бесконечность? Всё равно.
    Не птице серой понять, как скоро
    Ветхий корабль идёт на дно.

    1915

     


    Источник